Михаил Рошняк представит выставку картин, написанных… землей Октябрьского

  • Редакция Октябрьского портала OKTLIFE.RU
  • Пятница, 16 октября 2020 г.
Михаил Рошняк представит выставку картин, написанных… землей Октябрьского

Каждый приезд в Октябрьский московского художника Михаила Рошняка превращается в значимое культурное событие. И нынешний приезд не исключение.

На этот раз гений эпатажа и мастер перфоманса представит публике свои картины, написанные землёй из окрестностей Октябрьского. 16-го октября в 16.00 в центральном здании городского историко-краеведческого музея состоится открытие его новой выставки «Город и Горы». В связи с этим художник дал эксклюзивное интервью.

– Михаил Николаевич, расскажите, как пришла идея подобной выставки и что это за техника «писания землей»?

– Идея провести выставку картин, созданных руками с использованием природного материала, была у меня давно. И в разных видах она уже показывалась публике. Но чтобы использовать экспонаты и экспозицию действующего музея совместно с авторскими работами, как это реализовано сейчас в Октябрьском историко-краеведческом музее, такое, конечно, в первый раз. На мой взгляд, это идеальное партнерство художника и учреждения культуры. В этом весь Октябрьский. Он сам по себе уникален – масштабный архитектурный памятник. И люди здесь особые, талантливые. И в тему выставки город подходит идеально. Горы вокруг не просто являются частью ландшафта, а гармонично вписываются в городскую среду. 

Кроме того, Октябрьский строился в необычной форме фонтана по оригинальному проекту братьев Весниных, авангардных архитекторов советской эпохи. Поэтому название «Город и Горы» весьма для него символично, ведь Октябрьский раскинулся у подножия знаменитой горы Нарыш-тау, где бурились первые скважины, и где добывалась первая нефть, благодаря которой город рос и развивался.

Что касается техники, то вообще в мировой живописи часто используются природные материалы, в первую очередь минералы – охра, киноварь, лазурит и т.д. Но землю в таком виде и в такой форме в своих работах использую только я. Земля – у меня базовый, живой материал. Единственно, чтобы не было гниения, я добавляю в состав определенные консерванты, пластификаторы, смолы, клей, которые не дают картинам осыпаться.

– В связи с этим вас можно назвать художником оригинального жанра?

– Не совсем. Многие художники помимо определенных живописных приемов, часто используют и собственную технику. Я тоже как автор использую свою авторскую технику. Причем она является уже не столько живописью, сколько стоит на грани скульптуры – я леплю картины руками. Кисть использую очень редко, когда, например, прописываю тонкие элементы – небо, облака.

У этой техники есть специфическое название? Может быть, стоит придумать вообще новое течение в искусстве?

– Помню, кто-то из пишущих журналистов назвал меня «землеписец».

– Но можно ведь и более интересное название придумать. «Терризм» – от французского «терра» или «лэндизм» – от английского «лэнд».

– Кстати, в мировом искусстве есть направление лэнд-арт. Когда ландшафт используется как форма и средство создания произведения. И я тоже использую данный прием – привношу часть природы в свою экспозицию или прямо в выставочный зал.

Вы согласны с тем, что сегодня мало создать шедевр, надо уметь еще его продать?

– Да, это очевидная вещь. Но, так как я работаю с такими вечными материалами, как Земля и Время, то сиюминутные моменты жизни меня не очень возбуждают. Понятно, что человек, занимающийся пиаром, будет более успешен чем тот, который им не занимается.

– Как рождается шедевр? Есть какой-то секрет, алгоритм, технология? Или это дело случая?

– Шедевр рождается тогда, когда поэт, писатель или художник напрямую беседует с Богом или с какими-то Высшими силами. В таком случае человек выступает как проводник этих Высших сил. Но для этого нужен целый комплекс качеств. Нужна усидчивость, профессионализм, работоспособность. Надо быть готовым к этому «откровению», чтобы его правильно передать.

Что сегодня модно в искусстве, какие направления, течения?

– Сегодня в искусстве царит демократия – искусство в самых разных видах очень широко разлито по формам и направлениям. Параллельно существуют стрит-арт, паблик-арт, лэнд-арт, когда искусство выходит из музеев и выставочных павильонов прямо на улицу, в общественные места или прямо на природу. С другой стороны развивается и прекрасно себя чувствует новое специфическое искусство, такое как политический перфоманс, акционизм, тот же пиар. Возьмем то же граффити. Около 90 процентов обывателей воспринимают граффити как хулиганство, как пачкунов, засоряющих окружающую среду. Я лично считаю это высоким искусством, которое существует в пику принятым правилам и канонам. Мало того, граффити часто выступает в пику морали. Оно делается не ради денег. Ее ценность в том, что оно построено на художественном жесте, на первобытном художественном инстинкте. Без условностей и вопросов: почему?! Как любовь – увидел и голову потерял. Впрочем, в наше время и любовь бывает замешана на деньгах. В идеале искусство не должно быть замешано на бизнесе.

Давайте вернемся из высокого искусства в реальную жизнь. Скажите, мировая истерия по поводу «ковид-19» как-то повлияла на вас, на ваше творчество?

– Лично на меня повлияло. Я больше время провожу в самоизоляции, я уехал в деревню и там с головой погрузился в работу. Но и там у меня проходили выставки «в полях» – для ворон, для грачей. Кроме того, у меня появились новые планы и проекты. В том числе и эта выставка, которую мы обсуждали с Ириной Медведевой еще весной. Мне кажется, что многим творческим людям как раз нужно уединение для того, чтобы работать и творить. Им не нужно ходить на модные тусовки и массовые мероприятия, чтобы самоутверждаться. Художники не любят одевать маски.

Я заметил, что при оформлении своих выставок вы активно используете литературный материал – исторические выписки, цитаты великих людей. Это делается для усиления эффекта?

– Этому есть несколько причин. Во-первых, текст дает некую мультимедийность. Он привносит определенную динамику в статику пространства выставки. Второй момент – текст дает ощущение времени и содержательность визуальному ряду. И третье, самое главное, когда человек смотрит картину и читает выдержки, у него происходит восприятие информации как в 3Д, некая трехмерность пространства, что порождает новые образы и новые смыслы. Данный прием очень активно используют многие музеи и выставочные залы – Третьяковская галерея, Эрмитаж, Русский музей и т.д. Кроме того, по диплому я «художник книги», я окончил Московский полиграфический институт, и синтез текста и изображения заложен в меня на базовом уровне.

Понятно. Тогда скажите, что еще грандиозного зреет в ваших планах на будущее?

– Я бы хотел превратить бывший кинотеатр «Фонтан» в грандиозный мультимедийный центр культурного досуга, где бы проходили выставки, перформансы, концерты, фестивали, семинары, там же чтобы работали разные творческие мастерские. Чтобы туда стояли очереди, как сейчас происходит в Москве в Центре дизайна Artplay. Там целый квартал для креативной работы и отдыха людей. Мне хочется, чтобы люди не теряли интерес к искусству. Чтобы они приходили не тогда, когда проект спекулятивно модный, а когда он добрый, интересный и познавательный.

Михаил Николаевич, большое спасибо вам за интервью. Я желаю вам реализовать все свои творческие амбиции и грандиозные планы!

Беседовал с художником Валерий Абдразяков.

Просмотров: 103 (с 16.10.2020 14:16:29)